О романе поэзии и театра

Я родился, жил и учился в Астрахани. Там я впервые начал организовывать поэтические вечера. Так получилось, что в то время мы тесно сотрудничали с Министерством культуры и однажды получили в свое распоряжение местный театр, где и проводили мероприятия. От вечера к вечеру я все больше начинал интересоваться поэзией, хотя в школе по русскому языку и литературе у меня всегда все было очень плохо. Честно признаться, я только сейчас осознанно перечитываю классику. Но по-настоящему, серьезно поэзией я начал заниматься в Петербурге. Скорее, творческие навыки оттачивал.

О «синдроме понаехавшего поэта» и творческой обработке

Вообще, когда молодой поэт приезжает в Питер, он всегда стремится везде успеть, поучаствовать во всех событиях. Внутри литературной тусовки называем это «синдром понаехавшего поэта». И пока он пытается быть везде, восприятие начинает притупляться. Условно, поэт перестает различать, что хорошо, а что плохо. Когда он попадает в определенную тусовку, спустя какое-то время волей-неволей он начнет писать на те же темы, таким же манером, с одинаковым ритмом, становится часть этого объединения. Начнёт писать в угоду публике и тем коллегам, которые будут одобрительно кивать. В таких случаях важно понимать, для чего ты пишешь и зачем. Честно перед собой ставить какие-то вопросы и без прикрас отвечать на них на листе бумаги.

Вообще многие творческие люди уезжают в Питер. Каждый думает, что станет питерским фотографом, музыкантом, художником и будет с бокалом вина встречать развод мостов. Но когда человек сталкивается с обстоятельствами бытовыми, то его взгляды и убеждения проверяются на прочность. Вся романтика быстро проходит. Происходит творческая обработка, и ты смотришь на мир вокруг реальнее. Скажу честно, с самого начала у меня не было желания развернуться и уехать — нельзя было возвращаться, делать шаг назад.

О том, что «цепляет»

Да все вокруг. Любой мой текст написан под впечатлением. Вспомнилась одна история, которая произошла, когда я еще жил в Астрахани. Однажды я пришел в гости к другу. Мы разговаривали, пили чай. Потом к нам подсела его бабушка, начала рассказывать о старых временах, о чеченских кампаниях, как жизнь шла в девяностые годы. И вдруг вспомнила эпизод: однажды она была на базаре и увидела, как шёл состав с молодыми солдатами в сторону Чечни. Вместе с ней за составом наблюдал торговец арбузами. Чеченец или дагестанец, не помню. Вдруг, показывая на вагоны, он произнес нечто вроде: «Смотрите, какой подарок президент делает Чечне. Можете не ждать возвращения этих солдат». Бабушка, конечно, очень расстроилась после этого случая. А я, впечатленный ее рассказом, написал позднее стихотворение «Монолог Шамиля», рассказ о таких вот молодых и полных жизни солдатах. А ведь, казалось бы, случайный разговор.

***
монолог Шамиляu7olrrw-0si

вроде только вчера загоняли меня

в безразличные горю горы.

дайте что ли шального коня!

или чёрную в панировке приору.

я

сдаюсь

в безысходности.

где-­то

будет здесь где­то ичкерийское гетто,

вечный бой, грузинское лето,

я лишь гибель народа боюсь.

я сдаюсь. Князья дарят подарки,

подкупая моих князей.

Я не видел войны мерзей,

но я чую — впереди будет жарко.

будет так же бессменный царь

слать дары и солдатское мясо,

не настанет победной развязки,

повторяется всё — как и встарь…

вспоминая потери и даты,

на Чечню шагают солдаты,

повторится всё…как и встарь.

на Гунибе потерял свою шапку!

что ты смотришь, русская бабка?

это самодержавной лапкой

дар Кавказу делает царь.