Фортепиано — это вездесущий инструмент, знакомый каждому. Он как девушка: ранимый и нежный, имеющий свойство ломаться и расстраиваться.  Какие же струнки нужно задеть, чтобы звучание инструмента было подобно пению ангела, а  не походило на звуки из фильма ужасов? Это нам поможет узнать Владимир Резвухин — маститый настройщик фортепиано.

Напротив меня стоит статный мужчина невысокого роста, стройный, на вид лет сорока пяти, довольно крепкого телосложения.  В его глазах явственно читается доброта, а в их уголках — россыпь морщинок от необычайно яркой улыбки. Волосы заметно тронуты сединой. С этим человеком можно долго разговаривать о многом, не замечая времени, но сейчас важно узнать, как спасти от гибели старые добрые клавиши.

Владимир Сергеевич, расскажите, как Вы пришли в свою профессию, где до этого обучались?

Путь в профессию всегда длинный, — после непродолжительного молчания под мирный шёпот чайника ответил мастер. — Начинал я, как все: музыкальная школа, музыкальное училище, консерватория. А в профессию пришёл благодаря занятиям общим фортепиано в музыкальном училище. Бывало, что садишься за инструмент и что-то не сходится. Заглядываешь внутрь, начинаешь разбираться. В итоге идёшь, ищешь настройщика, спрашиваешь, а далее всё делаешь сам. С этого всё и началось.

А колледж вы заканчивали по классу…

Баяна. Потом Петрозаводская консерватория, где я практиковался в настройке фортепиано. После консерватории стажировался на заводе «Becker».

Пока мы беседовали, вскипел чайник. Мастер извлёк откуда-то сладости, от которых я не посмела отказаться.

Этот завод ещё работает?

Нет,он уже 7 лет как не существует. Это была последняя рояльная фабрика в России, а в Советском Союзе их было сорок семь. Во времена перестройки всё это было порушено, всех мастеров разогнали, но вовремя опомнились и восстановили одну фабрику в подмосковном селе Правдино. К сожалению, инструменты там не очень хорошего качества, и мы вынуждены закупать фортепиано иностранного производства, такие как «Yamaha».

2012-08

А кем вы сейчас работаете, помимо настройщика: есть ли у вас ученики?

Да. В КОКМИ я преподаю курсы  аккордеона у студентов отделения «Фортепианное исполнительство» и «Инструменты народного оркестра». Ещё я веду секцию настольного тенниса в колледже. Мы даже завоёвываем первые места; вот, пожалуйста, кубки наших студентов.

А студенты часто обращаются по поводу настройки фортепиано, как это делается?

Я читаю лекции для четвёртых курсов «Фортепианного отделения»: история фортепианного строения и история фортепианной настройки.

То есть каждый пианист, закончивший КОКМИ, знает, как настраивать фортепиано?

Не все. Предмет ввели только в этом году. Раньше он казался пианистам скучным и неактуальным. Сейчас они всё-таки осознали его необходимость. А то бывают такие казусы, когда инструмент гудит, заниматься нельзя, и они начинают метаться. Где, что, как? А смотришь там всего лишь повернулся демпфер. Я поворачиваю его двумя пальцами, и фортепиано вылечено. Для этого не требуется особого образования. Только знания. Потому и ввели этот предмет.

Скажу пару слов о мастерской. Несмотря на её небрежный вид, она — одна из немногих в России, которые имеют такое оснащение: большое помещение, инструменты для набивки струн, для сверления, для обработки деревянных деталей. Инструментов этих полный шкаф. Я был в колледже им. Римского-Корсакова в Санкт-Петербурге, так там у настройщика из оборудования всего один портфель. А здесь я могу ставить на ремонт даже рояль. Иногда происходят такие вещи, что приходится делать чуть ли не капитальный ремонт роялей каждую деталь. Вот, к примеру, я накручиваю струны. Они под большим натяжением. У пианино это порядком 15-16 тонн, и вся эта нагрузка на рамы. У концертных роялей до 25 тонн. Когда струна лопается, то производит много шума. Был такой случай. Приходит преподаватель и с порога говорит: « Ах, у меня пианино в классе взорвалось и выключилось!» Пошли разбираться, что же там могло взорваться, хотя и нечему. И вот, мы подходим к нагому роялю, где всё становится ясно: одна струна лопнула и  легла поверх остальных, заглушив их.

Какие инструменты, помимо фортепиано, вы «приводите в чувства»?

Пианино, рояли, баяны.

Как не ошибиться при покупке фортепиано?

Есть три главные звукообразующие вещи: струна, молоток и дека (доска на всю площадь, от 9 до 11 мм толщиной, которая  усиливает звук так же, как это делает корпус гитары). Нужно смотреть на их состояние. Дека должна быть цела, струны натянуты, молотки не должны быть стёрты, — предупреждает специалист, показывая обгрызанный кусок молоточка. — Вот этот молоток съела моль.

Моль опасна для инструмента?

Из-за этой маленькой детали инструмент может не работать. Вокруг металлического стержня трубочка из сукна в полтора миллиметра диаметром.

 Должно быть, здесь работают настоящие ювелиры.

Да, таких трубочек в инструменте около 800 штук. А из-за того, что сукно из натуральной шерсти лучших в мире овец,  моль большой охотник за фортепиано. А стоимость полной переделки сукна — треть стоимости нового инструмента (260 тыс. руб. делите на три). Чтобы сэкономить, купите антимоль (улыбается).  Это был первый враг инструмента. Второй сухость. Рояли тоже пьют. Решить проблему просто поставьте в пианино воду. Наш же рояль (5 миллионов рублей) подключён к системе климат-контроль, которая стоит 32 тысячи… А бывает, что уже на концертах залы перегреваются и настройка рояля начинает плыть. Фортепиано чуткий инструмент.

А что делать, если человек купил рояль, а он ни в дверь, ни в окно не проходит?

А вот вам пример. У нас в кабинете небольшая дверь, а этот рояль сюда занесли. Переместили на боку. Ножки откручиваются, рояль на тележку.

В Кирове много музыкантов, у которых дома есть свой инструмент, но многие из них расстроены. Часто ли к вам обращаются по настройке пианино из города?

Не так часто. У многих уже есть электронные пианино. Но они годны лишь для шоу на сцене: ни  нюансов, ни тембров. Когда все кричат, орут, барабанщик колотит изо всех сил. А вот что касается уже профессионального исполнительства, вот вам история. В нашу Вятскую филармонию как-то раз приезжал Даниил Крамер с программой, требующей два рояля. Наши засуетились, ведь второго рояля в филармонии тогда не было. Даниилу Борисовичу было предложено электронное пианино. Он их послал, и очень далеко. Не буду говорить куда. Хотел отказаться играть. Но они нашли-таки два рояля, концерт состоялся.

q4

 Востребована ли, на ваш взгляд, профессия настройщика?

Безусловно. Искусство живёт. Жива классическая музыка, проходят концерты, значит, нужны и мастера, которые умеют работать. Раньше мастера были при заводах, теперь же их нужно искать. В Москве, в строительном техникуме, открыли отделение подготовки фортепианных мастеров. Обучение платное, очень дорогое. Туда пойдут мало.

 Каким образом происходит настройка рояля? Есть ли у вас тюнер?

Тюнер нужен лишь для черновых работ. Профессионалы же пользуются камертоном. Он показывает  высоту звучания ля 440 гц. А давным-давно это было 428 гц. Сейчас инструменты более классные, выносливые. Некоторые инструменты настраиваются на 443–445гц. На слух эту разницу сложно определить без камертона. Это как невозможно определить вес дыни, кружки, ложки.

А как долго живёт инструмент?

При должном обслуживании, уходе — достаточно долго. Что говорить, если скрипке Страдивари 300 лет, клавишные столько не живут.  Максимум, на моей памяти инструмент, которому уже 15 лет. Вернуть к жизни такой инструмент сложно, но возможно. Он, кстати, находился сначала в школе, потом директор продал ресторану-казино, а затем его отдали в частные руки. А вот в музее Салтыкова-Щедрина стоит инструмент с диапазоном всего 5 октав. Внешне сохранился  прекрасно, но внутри всё уже отжило. Он однопедальный, и при нажатии педали движется весь механизм, тяжело скрипя.

Мы ещё долго беседовали: об участи роялей, о ценности искусства, о воспитании. Я надеюсь, что наша беседа принесёт вам пользу и удовольствие. Не забывайте кормить рояль антимолью, поить его. Пусть ваши инструменты не взрываются и не выключаются, а если таковое случиться, то вы знаете, куда обратиться!

 

Текст: Наталья Секерина